Песняры — Алеся

«Алеся» — это одно из ранних произведений «Песняров». Слова песни написаны на языке, очень близком к народному белорусскому — не зря, ведь, автор стихотворения является классиком белорусской литературы. Впервые эта песня прозвучала в далеком 1972 году. Не знаю, имел ли талантливейший белорусский композитор Игорь Лученок в те годы возможность слушать «Битлз», но по своему стилю эта баллада сильно напоминает Yesterday. И Yesterday, и «Алеся» написаны по мотивам народных песен, откуда и сквозит в них эта необычайная певучесть, облаченная в роково-романсную оболочку.

Песняры — Алеся

 

В классическом варианте «Алесю» исполнил Леонид Борткевич. Этот вариант, наверное, красивее прочих, хотя «Алесю» поют и И. Пеня, О. Железняков, В. Стамати. За исключением промежутка 1975–1994 гг., эта песня переиздавалась в разных вариантах практически каждый год.

Красота исходного стихотворения ни в чем не уступает пушкинским произведениям. Дарэчы, вядома, што калі ў 1977 годзе на ўсесаюзным пушкінскім свяце паэзіі ў Пятроўскім Куляшоў прачытаў урывак са свайго перакладу “Яўгена Анегіна”, то знаны паэт Міхаіл Дудзін сказаў яму: “Ведаеш, Аркадзь, па-беларуску гэта гучыць значна лепш за арыгінал”.

 

А знаете, сколько лет было тому поэту, который написал это стихотворение про свою первую любовь? Четырнадцать… Да, это одно из самых ранних произведений Аркадия Кулешова. Называлось оно в оригинале «Бывай…» («Прощай…»). Трудно себе сейчас представить ту юношескую любовь в четырнадцать лет. Ведь это не современная эмансипированная молодежь, то было в далеком 1928 году!

Наверное, вы сами понимаете, что в четырнадцать лет написать про выдуманное невозможно. И это действительно так. Была в жизни Аркадия вполне реальная дзяўчына з роднай вёскі — Алеся Карыткіна. Она окончила ту же школу, что и юный поэт, только годом ранее.

…Это ж надо так любить! Как можно таким светлым образом описать свою первую жизненную утрату?! Любимая ушла, ушла в свою, в новую жизнь, как говорится в оригинале стихотворения, «рассветной звездочкой за тихие далекие просторы». И в песне, и в самом стихотворении неоднократно повторяется глагол «ушла»:

Пайшла ты, любая, пад гоман жоўтых сосен,
(Ушла, любимая, под шелест желтых сосен)

Пайшла, маўклівая, пад хваль жытнёвых шум
(Ушла, молчунья, под волн пшеничных шум)

Пайшла, ніколі ўжо не вернешся, Алеся
(Ушла, и больше не вернёшься уж, Алеся)

 

 

АЛЕСЯ

Муз. Iгар Лучанок

Сл. Аркадзь Куляшоў

Песняры

Бывай, абуджаная сэрцам, дарагая!

Чаму так горка — не магу я зразумець.

Шкада заранкі мне, што ў небе дагарае

На ўсходзе дня майго, якому ружавець.

Пайшла, ніколі ўжо не вернешся, Алеся.

Бывай, смуглявая, каханая, бывай.

Стаю на ростанях былых, а з паднябесся

Самотным жаўранкам звініць і плача май.

Пайшла, пакінуўшы мне золкі і туманны,

Палынны жаль смугой ахутаных дарог.

Каб я хвілінаю нанесеныя раны

Гадамi ў сэрцы заглушыць сваім не мог.

Пайшла, ніколі ўжо не вернешся, Алеся.

Бывай, смуглявая, каханая, бывай!

Стаю на ростанях былых, а з паднябесся

Самотным жаўранкам звініць і плача май.

АЛЕСЯ

Игорь Лученок — Аркадий Кулешов

Перевод с белорусского И. Мостицкого

 

Прощай, разбуженная сердцем, дорогая!

Почему так горько — я не могу понять.

Зорянки жаль мне, что в небе догорает

На всходе дня моего, что будет розоветь.

Ушла, и не вернёшься никогда уж, Алеся.

Прощай, смугляночка! Любимая, прощай!

Стою я на распутье том, а с поднебесья

Печальным жаворонком звенит и плачет май.

Ушла, покинув мне промозглую, туманную,

Полынную печаль пеленой окутанных дорог.

Чтобы я минутой полученные раны

Годами в сердце заживить своём не мог.

Ушла, и больше не вернешься уж, Алеся.

Прощай, смугляночка! Любимая, прощай!

Стою я на распутье том, а из поднебесья

Печальным жаворонком звенит и плачет май.

Немного Есперсена, то есть лингвистики. Многие думают, что белорусское «ростань» это расставание. На самом деле, это не более чем созвучие, но настолько яркое и похожее, что эти слова воспринимаются как синонимы.

Ростань (помните знаменитые бар и ресторан в Минске на площади Якуба Коласа на стыке двух больших улиц — «На ростанях»?) — это место, где пересекаются или расходятся дороги. В этом месте люди расстаются. Выражение «быць альбо стаяць на ростанях» означает стоять перед необходимостью выбора чего-либо, принятия какого-либо решения.

В белорусском языке «золак» это время, когда начинается рассвет и небо на горизонте похоже на золу в печи.

Довольно трудно перевести на русский язык слово «заранка», так как в белорусском литературном языке это «малиновка» и только она, а в народном языке это еще и «заря». На русский язык я перевел ее старорусским вариантом «зорянка» — пусть будет ни вашим, ни нашим.

В песне звучат такие яркие метафоры, которые можно понять только на своем опыте — «Палынны жаль». Кто пробовал полынь на вкус (используется в народной медицине для повышения аппетита), тот знает, о чем идет речь. Название этого растения в народе стало синонимом горечи.

За основу текста песни я взял слегка подправленный мною песняровский вариант. Не стоит забывать, в какие годы появилась эта песня, поэтому местами проскакивающий русский акцент Леонида Борткевича вполне простителен и в приведенном тексте песни не отражен, хотя он заметно сказался на тех вариантах слов песни, которые снимались «на слух» и гуляют по интернету.

И еще. Хочется привести небольшое продолжение, не вошедшее в саму песню.

Ці помніш першае нясмелае прызнанне?..
(А помнишь первое несмелое признание?..)

Над намі жаўранкам звінеў і плакаў май.
(Над нами жаворонком звенел и плакал май.)

Назаўтра золкае, туманнае світанне,
(Назавтра был рассвет промозглый и туманный)

Суровы позірк твой і мой нямы адчай.
(Суровый взгляд твой и мое немое отчаяние.)

Интересно, что имя «Алеся» (Леся) это белорусский вариант сокращения от имени Александра (греческое «защитница людей»).

И напоследок: мала хто ведае, але хаця пачуццё ў маладых людзей было юнацкім, аднак пасля 50-гадовага раставання яны зноў пачалі ліставацца. Так-так, ліставанне Аркадзя і Алесі iзноў пачалося ў 1970-х, калі абодвум было ўжо за шэсцьдзесят. А еще говорят (правда, в другой песне), что «не повторяется такое никогда».

И. Мостицкий,
17.10.2009 – 05.09.2021


Полная версия стихотворения:

Бывай…

Бывай, абуджаная сэрцам, дарагая.
Чаму так горка, не магу я зразумець.
Шкада заранкі мне, што ў небе дагарае
На ўсходзе дня майго, якому ружавець.

Ці помніш першае нясмелае прызнанне?..
Над намі жаўранкам звінеў і плакаў май.
Назаўтра золкае, туманнае світанне,
Суровы позірк твой і мой нямы адчай.

Пайшла ты, любая, пад гоман жоўтых сосен,
Пайшла, маўклівая, пад хваль жытнёвых шум,
Туды, дзе гойдала зялёнае калоссе
На сцежках ростані мой адзінокі сум.

Пайшла за ціхія, далёкія прасторы
Світальнай зоркай ты, што гасне ў сіняве.
Душы пакрыўджанай гарачыя дакоры
Слязой халоднаю застылі на траве.

Пайшла, пакінуўшы мне золкі і туманы,
Палынны жаль смугой ахутаных дарог,
Каб я хвілінны боль і горыч гэтай раны
Гадамі ў сэрцы заглушыць сваім не мог.

Пайшла, ніколі ўжо не вернешся, Алеся.
Бывай, смуглявая, каханая, бывай.
Стаю на ростанях былых, а з паднябесся
Самотным жаўранкам звініць і плача май.

Бывай, абуджаная ў сэрцы, дарагая.
Твой светлы вобраз панясу я па жыцці.
На ўсходзе дня майго заранка дагарае,
Каб позна вечарам на захадзе ўзысці.

Аркадзь Куляшоў

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *