Не рубите, мужики!
В советские институтские времена инязовские студенты всегда жили дружно. Ведь делить было нечего (всё было поделено еще до нас!). Царили мир и дружба…
Минский институт иностранных языков (МГПИИЯ)
В советские институтские времена инязовские студенты всегда жили дружно. Ведь делить было нечего (всё было поделено еще до нас!). Царили мир и дружба…
I was rolling back home from the land of nowhere
Shredding soul into blood, scraping through to high pitch,
Thoughtful days, painful nights going past to elsewhere,
Hoping home was not far at the range of my reach.
(Мистерия)
В мобильнике замурлыкал будильник, переводя сонное небытие в осязаемую реальность. Подобная трансформация всегда напоминала ломку. «У-у-у, опять на работу», — с ненавистью взбрыкнула очнувшаяся мысль, однако сегодня сознание включилось с опозданием, и все чуть не закончилось банальным цейтнотом и последующим выпадением из графика. Благо, многолетние тренировки организма довели до совершенства его рефлексы, поэтому упущенное удалось наверстать, слегка пришпорив плоть, простимулировав ее повышенной порцией адреналина.
Настоящие истории, как правило, имеют продолжение, ибо настоящими они становятся в силу незавершенности породивших их процессов, уводящих в трясину сериальности событий. Наша металлоэпопея не стала исключением, поскольку вялотекущая инсталляция явилась катализатором, натолкнувшимся на идею пролонгации повествования.
ВО ВТОРОЙ РАЗ в Великую Британию я нежданно-негаданно для себя попал в самом конце сентября 2004 г. И застрял ровнехонько аж на шесть недель. А как только народ на улицах городов и весей бывшей советской родины устал размахивать красными флагами, иконами первотворца всемирной коммунии и распылять по сторонам революционный радикализм начала ХХ века, поминая очередную дату эпохальных перемен, так и мне вскорости после этого и приспело времечко грузить собственное тело в авиатранспорт и аккуратно нести его над облаками назад в Отечество. Но… всё по порядку.
(Окончание. Начало здесь)
Заключительная часть трилогии воспоминаний Александра Негреева о своей жизни и работе в Африке.
(Продолжение. Начало здесь)
Вторая (предпоследняя) часть мемуаров Александра Негреева о работе в Африке.
Неграфрика — это не негры в Африке, а жизнь товарища Негреева в этой самой Африке… Жизнь яркая и пестрая, как хвост у попугая какаду.
Негреев даже спустя столь много лет скучает по изнуряющей африканской жаре и до сих пор ежится от холода в наши минские июльские тридцать пять выше нуля.
Студент переводческого факультета Михаил Сурин (г/у 1980–1985, Новосибирск) читает собравшимся лекцию о западной рок-музыке. В читалке общежития на Варвашени, 80. Фото: ꟿ, 1982 год; слайд: из архива М. Сурина.